работали на победу предприятия подмосковной Электростали

 

Надежда СИДОРКИНА

 

Один из крупнейших промышленных центров Московской области – город Электросталь, получивший свое название от металлургического предприятия, построенного в бывшем поселке Затишье в 1917 году, сыграл в достижении Победы очень существенную роль. Достаточно сказать, что здесь было выпущено почти четверть миллиарда авиабомб, мин, артиллерийских и реактивных снарядов. Кроме металлургического, к началу войны в городе работали снаряжательный (№ 12) завод, начавший выпускать боеприпасы еще в первую мировую, и химико-механический (№ 395), производящий средства противохимической защиты.

Снаряды – в бомбы

К июню 41-го на снаряжательном заводе скопилось около двухсот тысяч бракованных снарядов. В условиях боевых действий разбрасываться таким богатством было кощунственно, и снаряды решили переделать в авиабомбы. Завод перешел на особый режим работы – круглосуточный без выходных, но людей все равно не хватало: многие рабочие добровольцами ушли на фронт, отказавшись от брони. Места их, как и везде, заняли женщины и подростки – более двух тысяч человек.

Тем не менее собственными силами с задачей (а ведь помимо этого выпускалась и основная продукция) справиться было невозможно, и переделку снарядов в авиабомбы наладили на заводе «Электросталь» - первенце качественной отечественной металлургии, объединив цех ширпотреба, ремонтно-строительный цех и ремесленное училище. На «Электростали» же начали изготавливать корпуса для фугасных и светящихся авиабомб, гильзы-стаканы для гвардейских реактивных минометов «Катюша», прокатывать заготовки для новых образцов боеприпасов.

До 11 часов удлинился рабочий день и на заводе № 395. Продукция его шла непосредственно на передовую.

 

Пан или пропал

Москву начали бомбить 22 июля. Воздушные бои шли и в восточном Подмосковье. Цеха на предприятиях Электростали накрыли маскировочной сетью, окна забили листами железа, вентиляция не работала. Особенно тяжело приходилось металлургам – температура у них в помещениях достигала 60 – 70 градусов. Крановщицы на мостовых кранах теряли сознание, но, придя в себя, упорно возвращались на рабочие места. И в таких условиях люди умудрялись выполнять план на 150, 160, а то и 200 процентов.

Приказ о бдительности, затемнении, выключении наружного освещения, о дежурствах на крышах и сигналах оповещения вышел на заводе № 395. У каждого производственного корпуса были вырыты противобомбовые «щели» для укрытия всей смены при налете вражеской авиации.

Вначале руководители строго придерживались инструкции и выводили людей из цехов во время воздушной тревоги. Но потом рабочие, поразмыслив, предложили им простую альтернативу: ведь если бомба упадет рядом с корпусом, то от него, напичканного взрывчатыми веществами, ничего не останется, как не останется ничего и от людей, даже если они сидят в «щелях». Не лучше ли не терять времени и продолжать работать, положившись на судьбу? Так и сделали, только во время налетов, которые случались порой по 3 – 4 раза в день, выставляли дежурных на крыши и строго следили за соблюдением светомаскировки.

 

Документацию сжечь, завод взорвать

В октябре эвакуировали в Пермь (тогдашний Молотов) завод № 395, загрузив оборудованием 151 вагон. Уехали и 600 рабочих с семьями и почти все инженерно-технические работники основного производства – 70 из 78 человек. Гнетущая тишина воцарилась в опустевших цехах.

Для завода № 12 в качестве нового «места жительства» определили Новосибирск. Полностью был эвакуирован цех по химическому производству и выпуску детонаторов, почти полностью – цех по снаряжению авиабомб среднего и крупного калибра, глубинных и 160-миллиметровых мин, снарядов. Вывезли котельную, большую часть металлообрабатывающих станков, часть энергохозяйства, деревообделочную мастерскую.

Всю техническую документацию приказано было сжечь, а сам завод подготовить к взрыву, чтобы в случае чего не достался врагу.

- Мы своими руками закладывали взрывчатку под оборудование и стены производственного корпуса. Оставалось только по команде вставить электродетонаторы, нажать на кнопку – и завод взлетит на воздух. Обидно было выполнять такую работу: ведь строительство, пуск и освоение нового корпуса проходили при моем личном участии, а теперь я сам готовил все к гибели. Но мы понимали, что завод не должен попасть в руки фашистов, и это понимание смягчало боль возможной утраты, - вспоминал ветеран предприятия А.Ф. Петров.

…15 октября дневные и вечерние смены металлургов работали, как обычно, а ночная в цеха уже не вышла. Завод остановился. На нем остались только те, кому предстояло взорвать его, если поступит такой приказ.

Бывший секретарем парткома «Электростали» как раз в это время С.М. Рыбакин вспоминал:

- В ночь с 15 на 16 октября меня и еще несколько человек вызвал к себе директор завода. Все сидели молча, не спуская глаз с красного телефона. Ждали звонка с тем страшным приказом. В нервном напряжении просидели всю ночь. К утру на душе немного полегчало - звонка не последовало.

В течение октября – декабря электростальское оборудование пополнило металлургические предприятия Челябинска, Магнитогорска, Златоуста, Чебаркуля.

Снова за станки

Но молчали цеха недолго. В конце ноября на завод № 395 стали поступать многочисленные запросы с Западного фронта и МПВО Москвы и Московской области на средства противохимической защиты. На заводе оставалось сырье, материалы, часть оборудования и большое количество «полуфабрикатов», то есть незавершенной продукции. Предприятие выполнило просьбы военных, несмотря на то, что уже не было ни коммуникаций, ни персонала, ни основного оборудования. Отопление, водопровод и канализация работали только в здании проходной и в учебных классах – там и наладили производство. Попутно организовали изготовление ватников и рукавиц для фронта, железных печек. Вскоре вышел приказ о восстановлении четырех цехов, а на январь 1942 года предприятию уже определили государственный план.

На заводе № 12 также продолжали выпускать продукцию. Знатный стахановец военного времени В.Я. Жумаев вспоминает первые послеэвакуационные дни:

- Вдруг новость: на завод прибывает новый директор – высокий, худой, с рябинкой в лице. На плечах – шинель. Это был Семен Абрамович Невструев. Он собрал всех, кто остался, в клубе и сказал: «Милые вы мои, немец под Москвой, нужно спасать Родину. Идите все – стар и мал – на завод, надо начинать работать, фронт ждет боеприпасы».

Вскоре объем производства превысил тот, что был до эвакуации. Люди работали с невиданным напряжением. Во время контрнаступления Советской Армии под Москвой с фронта приходило ежедневно 250 – 300 машин. Они загружались и сразу возвращались на передовую. Предприятие стало одним из крупнейших арсеналов защитников столицы.

Стояли только цеха «Электростали». Но в феврале 1942 года директор завода  М.Е. Корешков получил приказ о восстановлении предприятия. Уже 20 мая на первой печи в первом сталелитейном цехе выдали первую плавку. Невероятно тяжелую работу – крючочников (кто вручную передвигает и переворачивает раскаленные штанги весом до 100 кг) вызвались выполнять женщины. У каждой на фронте был либо муж, либо сын, либо отец. И каждой в день приходилось теперь перетаскивать до 100 тонн металла.

В августе на базе предприятия организовали школу фабрично-заводского обучения, и ее выпускники, 15 – 16-летние ребята, вскоре стали работать наравне со взрослыми. За четыре года войны было подготовлено более тысячи слесарей, токарей, крановщиков, рабочих других специальностей. Американцы, посетившие в 1943 году завод и увидевшие, как сноровисто работают мальчишки, сказали: «Нет, такой народ нельзя победить!». В апреле 1943 года сталеплавильные цеха достигли довоенной производительности.

 

Тяжмаш

Весной 1942 года в Электростали появился еще один завод. Хмурым майским утром из Орска, из эвакуации, прибыли вагоны с оборудованием Новокраматорского машиностроительного завода. Построенный в годы первых пятилеток в Донбассе завод до войны успел разработать и выпустить уникальные комплексы машин: первый в Европе слябинг, непрерывный тонколистовой стан для «Запорожстали», технику для Московского метрополитена, металлические конструкции для Крымского моста столицы. Теперь ему предстояло обживаться в Подмосковье.

514 единиц оборудования надо было установить и наладить производство уже ко второму полугодию. Находясь на казарменном положении, сотрудники предприятия и строители не уходили из цехов по несколько суток, спали по 3 – 4 часа. В конце июля 1942 года, на месяц раньше установленного правительством срока, из ворот нового предприятия ушли эшелоны с первой продукцией. Так в Электростали была заложена база тяжелого машиностроения.

Полтора экватора боеприпасов

82 вида боеприпасов выпускал в годы войны завод № 12, нынешний «Элемаш» -  флагман российской атомной промышленности. Бронебойные снаряды, разрушающие «шкуру» «Тигров» и «Пантер», пятитонные авиационные бомбы, сброшенные на Берлин, и многое-многое другое сошло с конвейера предприятия. В общей сложности было выпущено 240 миллионов штук самых разных боеприпасов. Если бы поставить их вплотную друг к другу в одну линию, она протянулась бы на 60 тысяч километров – полтора земных экватора!

На заводе тяжелого машиностроения – бывшем Новокраматорском – к январю 1945 года действовали уже более 20 цехов.

«Электросталь» в годы войны освоила выпуск нового сплава – его назвали «Победа», а всего к 1944 году здесь выпускали уже 115 марок сталей. Коллективу передали на вечное хранение переходящее Красное Знамя Государственного Комитета Обороны, которое он не раз завоевывал в социалистическом соревновании.

Все три предприятия были награждены орденами Ленина, сотни их сотрудников за самоотверженный труд в годы войны тоже получили ордена и медали.

Героическая страница Великой Отечественной войны в истории города Электростали – предмет гордости ее жителей. Слова Александра Невского «Кто с мечом к нам придет, от меча и погибнет» имеют для них особое значение. Они «ковали» эти самые «мечи» до тех пор, пока враг не капитулировал.

 

Фото из архива предприятия

 

Автор выражает признательность

пресс-службе администрации г.о. Электросталь

за содействие в подготовке публикации.